В мировом прокате триумфально идет психологический развлекательный хоррор «Обсессия» об одержимости и созависимых отношениях двадцатилетних. Молодой режиссер с YouTube Карри Баркер при маленьком бюджете заработал в мировом прокате более 100 миллионов долларов — на старой, как мир, истории о губительном заветном желании. Кинокритик Катя Степная пытается разобраться в успехе «Обсессии» — хоррора с феноменальными оценками критиков и зрителей, который уже неоднократно назвали вехой в современных фильмах ужасов.Стеснительный продавец из музыкального магазина Беар (Майкл Джонстон) безответно влюблен в красавицу-коллегу Никки (Инде Наварретт), которая давно его френдзонит. Совсем недавно он похоронил кошку и чувствует себя опустошенным. В поисках символической поддержки он заходит в маленькую лавку кристаллов и эзотерических товаров, а выходит оттуда с загадочной палочкой в коробке под названием «Палочка одного желания». По инструкции, если сломать ее и загадать заветное желание, оно моментально исполнится — и Беар загадывает, чтобы Никки «полюбила его больше всех на свете». Желание исполняется немедленно: девушка, никогда не питавшая к нему никакого интереса, сперва настойчиво зовет его домой, потом соблазняет и в считанные дни становится его постоянной спутницей. Настолько постоянной, что Беар лишается покоя, уединения и сна, постепенно соскальзывая в безумие ревнивой, одержимой, компульсивной и непредсказуемой Никки.С «Обсессией» произошла редкая для современного кино вещь. Фильм сначала стал событием, а уже потом констатацией события. Обычно индустрия работает наоборот: сначала критики придумывают культурное значение очередному фестивальному хоррору про травму, одиночество и коллективную вину, потом маркетинг раздувает из него пиар-компанию, а зритель послушно приходит на сеанс, чтобы проверить, действительно ли перед ним новая «Реинкарнация» и «Прочь», или очередной сеанс поп-психоанализа под скрип половиц. «Обсессия» Керри Баркера собрала большую кассу в первый уикенд (17 миллионов долларов): фильм, снятый меньше чем за миллион долларов, преодолел отметку в 100 миллионов мировых сборов, что для оригинального психологического хоррора без франшизы выглядит сенсацией.Нынешний Голливуд существует в состоянии затяжного кризиса доверия к зрителю, особенно с ростом популярности видеоформатов в соцсетях. Студии убеждают себя (и часто оказываются правы), что аудитория хочет только звезд, знакомые бренды, ребуты и продолжения. Молодые зрители якобы окончательно ушли в TikTok, YouTube, стриминги и твиттер (X), а поход в кино превратился в дорогое развлечение, ради которого нужно выкатить Marvel, «Дюну» или культурное событие масштаба «Барбигеймера». И вдруг появляется двадцатишестилетний ютубер без студийного прошлого, фестивального мифа и традиционной карьеры.Карри Баркер на съемках фильма «Обсессия». Источник: Focus FeaturesБаркер снимает постхоррор («хоррор» — будет громко сказано: бояться на фильме особенно негде) не про любовь и созависимые отношения, а про криво исполненное желание. Человек получает именно то, чего хотел, и немедленно обнаруживает, что его желание было чудовищным с самого начала. В эпоху цифровых сервисов это выглядит универсальной метафорой: социальные сети уже давно работают как система моментального исполнения фантазий. Ты хочешь внимания и получаешь его. Хочешь чужого присутствия и получаешь бесконечную доступность. Хочешь видеть только то, что нравится, и алгоритмы начинают поставлять это в промышленных масштабах. «Обсессия» доводит эту логику до физического ужаса. Любовь становится не романтическим подарком, а всезнающей системой наблюдения.Майкл Джонстон, Меган Лоулесс и Купер Томлинсон в фильме «Обсессия». Источник: Focus FeaturesИнде Наварретт в фильме «Обсессия». Источник: Focus Features