16 февраля 2024 года в колонии в Харпе был убит Алексей Навальный. Последние три года своей жизни политик провел в заключении: его арестовали в январе 2021-го прямо в аэропорту Шереметьево, когда он возвращался в Россию из Германии, где проходил лечение после того, как сотрудники ФСБ попытались отравить его «новичком». Оказавшись в колонии, Навальный получал десятки и сотни писем как от своих друзей и знакомых, так и от совершенно чужих людей. На многие из них он обстоятельно отвечал, его адресаты писали вновь — так завязывались переписка и даже дружба. В годовщину смерти Навального спецкор «Новой газеты Европа» Ирина Кравцова поговорила с пятью корреспондентами Навального о том, что они обсуждали с политиком, как складывались их отношения и что эти письма значат для них теперь.Евгений Фельдман. Фото с личной страницы в Facebook«Алексей, я уезжаю из России, слишком высока вероятность преследования. Ты единственный человек, перед которым мне за это решение стыдно. Мне важно тебе про это сказать.Евгений Фельдман (слева) и Алексей Навальный (справа) на судебном заседании в Москве, 16 июня 2017 года. Фото: Александр Земляниченко / AP / Scanpix / LETAИ он мне отвечает из колонии во Владимирской области: «Ух, я бы сейчас не отказался от йоркширского буррито!»И я теперь, каждый раз приезжая в Лондон, стараюсь этот йоркширский буррито — ужасно невкусный — съесть с пюрешечкой. А однажды я ему писал, что мы едем в Барселону, и он писал: «Обязательно съешьте паэлью в таком-то месте». И мы теперь каждый раз стараемся в это место ходить. Это очень глупо, но почему-то эта переписка так работает.Алексей Навальный на экране во время сеанса видеосвязи из исправительной колонии №3 «Полярный волк» на заседании Верховного суда в Москве, 11 января 2024 года. Фото: Вера Савина / AFP / Scanpix / LETAты их читаешь, и в эти несколько минут Алексей еще жив. Раз ты читаешь что-то новое от человека, значит, он есть.Илья Красильщик. Фото с личной страницы в Facebook«Аутентификация пройдена, она была многоканальная даже. Твоя борода — тоже преступного вида — убедительнее всего».Алексей Навальный во время акции протеста против Владимира Путина, Санкт-Петербург, 25 февраля 2012 года. Фото: AP / Scanpix / LETAЯ не знаю, имел ли он и меня в виду, но я это воспринял как сигнал: «Я тебе написал письмо, но оно не дошло».Наталия Зотова. Фото с личной страницы в Facebookэто был один из последних моментов, когда в глобальном смысле всё было нормальноАлексей Навальный во время судебного заседания в Москве, 16 июня 2017 года. Фото: Александр Земляниченко / AP / Scanpix / LETAЯ много раз представляла картину, как изменится очень много всего и мы все вернемся в Россию и поедем встречать политзаключенных,которых освобождают из колонии, как мы уже много раз делали, — и в том числе Алексея. Я представляла такой конец этой истории. А конец оказался совершенно другим, и в это сложно было поверить. Очень хотелось цепляться за то, что всё как обычно, скоро придет следующее письмо. И тут оно приходит. Моему мозгу было очень сложно это принять. Знаешь, как будто мертвый заговорил. Было в этом что-то страшное, но чудесное. И Волков сказал: «Вот эта женщина так правильно говорит о коррупции, я бы ее сейчас обнял и расцеловал».Алексей Навальный на митинге в Архангельске, 1 октября 2017 года. Фото: Евгений Фельдман для проекта «Это Навальный» (CC-BY-NC)Портрет Алексея Навального у здания бывшего посольства России в Тбилиси, Грузия, 1 марта 2024 года. Фото: Vano Shlamov / AFP / Scanpix / LETAМне было очень плохо. Это был страшный удар. Ко мне сразу же приехали друзья и увезли.Алексей всегда говорил: «Ненависть к режиму переводите в действия». 19 февраля я вышла в одиночный пикет с плакатом «Навальный убит, и я знаю убийцу». Сергей Смирнов. Фото с личной страницы в FacebookМы познакомились с Навальным еще в 2000-х, когда он состоял в партии «Яблоко», а я был нацболом. Тогда активистская среда была очень небольшой и все друг друга знали — но не более того: это не значит, что мы общались. Лучше я его узнал по твиттеру в конце 2000-х — туда тогда пришли самые продвинутые политические активисты, и Навальный был одним из них. Потом, работая в «Газете.ру», я писал про Болотное дело — и Навальный был одним из тех, кто постоянно приходил поддерживать людей в судах. Иногда он часами сидел просто в коридоре, его даже не пускали в зал, чтобы буквально помахать человеку, который проходил по коридору. Он говорил тогда: «Рано или поздно так будете и ко мне приходить».Когда он вернулся и его посадили в тюрьму, я очень долго не писал ему. Мне казалось, что Навальному очень много кто пишет, он всем ответить не может, а еще и я буду забивать эфир своими письмами. Я даже спрашивал у людей из ФБК, уместно ли это будет, и мне сказали: пиши, конечно. И когда я написал летом 2022 года, он радостно ответил: «Ну, ты-то явно не будешь писать “держись, все будет хорошо!”» Сергей Смирнов берет интервью у Алексея Навального, Германия, 2020 год. Фото с личной страницы Сергея Смирнова в Facebook