Вчера, 19 мая, когда до конца 79-го Каннского кинофестиваля оставалось три дня, наконец-то состоялась долгожданная премьера «Минотавра» Андрея Звягинцева. Кинокритик Ирина Карпова побывала на ней и считает, что российский режиссер в изгнании, снявший свой первый фильм с 2017 года, точно не останется без призов, и у его фильма есть все шансы получить главную награду конкурса — «Золотую пальмовую ветвь». «Минотавр» — первый полный метр Андрея Звягинцева, сценарий к которому он написал без своего постоянного соавтора Олега Негина. Напомню, что тандем Звягинцев-Негин создал «Изгнание» (2007), «Елену» (2011), «Левиафана» (2014) и «Нелюбовь» (2017), а сценарий прославившего Звягинцева «Возвращения» (2004, авторы — Владимир Моисеенко и Александр Новотоцкий-Власов) принес режиссеру в свое время продюсер Дмитрий Лесневский. В «Минотавре» у Звягинцева новый соавтор — Семен Ляшенко (ранее написавший книгу о творческом методе режиссера), а по большому счету их два, ведь сюжетный каркас «Минотавра» позаимствован у Клода Шаброля, это новое прочтение фильма «Неверная жена» 1969 года. Звягинцев и Ляшенко пересобирают историю таким образом, что она из очень французской становится нашей и очень родной историей образца 2022 года, времени начала частичной мобилизации на «СВО». О фильме не стоит рассуждать как о ремейке, но быстро скажу в сторону, что даже и в качестве ремейка — он удался.Фото: Palace FilmsКак и всегда у Звягинцева, за камерой — волшебник Михаил Кричман, наполняющий пространство кадра чистотой и как будто прибавляющий ему воздуха. В кадре — и надо сказать за это Звягинцеву отдельное спасибо — новые для авторского российского кино лица. «Нелюбовью» Звягинцев запустил кинокарьеры невероятно популярных сегодня Марьяны Спивак и Алексея Розина, в «Елене» дал главную роль театральной актрисе Надежде Маркиной. В «Минотавре» Звягинцев отдал главные роли звезде дневных сериалов на «России-1» Дмитрию Мазурову и Ирис Лебедевой, у кого за плечами тоже работа в телепроектах. И они не подкачали. Роли второго плана Звягинцев раздал уехавшим из России из-за войны звездам — Варваре Шмыковой, Анатолию Белому, Артуру Смольянинову. В роли Москвы — Рига, и да, некоторые здания и ракурсы так похожи на московские, что отзываются легким уколом в сердце тех, кому тот город был близок.«Минотавр» не первый фильм, где один город выдает себя за другой, но именно на нем приходит осознание — кинематографисты в изгнании будут создавать фантомы России, чтобы говорить о ней, не имея возможности снимать дома.В противовес кинематографу «с кляпом во рту», но среди родных осин и панелек, мы получаем кинематограф уехавших — с фантомной Россией, смонтированной, как в «Минотавре», из кусочков Латвии, но с возможностью открыто говорить на табуированные в современной России темы. В дискуссии уехавших после 2022 и оставшихся часто проскальзывает тезис, что уехавшие ничего не могут сказать о происходящем в стране, их там нет, и они уже давно не чувствуют биения пульса родины. «Минотавром» Звягинцев доказывает обратное. Начало войны режиссер встретил в Германии, находясь в больнице с тяжелыми последствиями COVID-19. Сейчас он живет во Франции. Фото: Palace FilmsФото: Palace FilmsЗвягинцев оставляет для саспенса ровно столько места, сколько нужно. Как поведет себя Глеб? Как поведет себя Галина? А полиция? Но, как и у Хайсмит, важна не развязка, а глубина черной дыры в груди героев и интенсивность гула неизбежности оттуда. Когда он нарастает до невыносимой степени, герои — как Глеб в «Минотавре» — начинают совершать странные эксцентричные и чаще всего чудовищные поступки, сбрасывая все маски и отдаваясь энергии чувства.Звягинцев показывает, что люди, развязавшие войну в Украине и отправляющие туда пачками пушечное мясо, так эгоистичны и толстокожи, что даже когда у них прямо над ухом трезвонит экзистенциальный будильник смерти, они все равно находят в себе силы натянуть на глаза маску для сна.