Две украинские компании работают над созданием собственных баллистических ракет, сообщил президент страны Владимир Зеленский, но добавил, что для массового производства предстоит преодолеть ряд технологических сложностей. Еще недавно собственные баллистические ракеты были для Украины скорее амбициозной мечтой, чем реальным проектом. Полномасштабная война изменила ситуацию: зависимость от ограниченных западных поставок, запреты на выбор целей и растущее число ракетных ударов заставили одновременно возобновить старые разработки и начать новые. Теперь речь идет уже не об одной ракете, а о попытке создать целую линейку — от средств поражения ближнего и глубокого тыла до собственного противоракетного комплекса. В то же время заявления о тактико-технических характеристиках и скором начале производства баллистических ракет еще не означают появления боеспособного арсенала. Проекты находятся на разной стадии готовности, хотя первые боевые применения, если верить разработчикам, возможны уже этой осенью. Содержание1.Зачем Украине собственные баллистические ракеты2.FP-7: одна ракета для удара и перехвата3.FP-9: баллистическая ракета для глубокого тыла4.ОТРК «Сапсан»: от затянувшейся разработки к боевому применению5.Nightfall: британская баллистика для СОУ6.Перспективы украинской баллистикиЗачем Украине собственные баллистические ракетыРоссийские силы всё активнее применяют баллистические ракеты для ударов по украинским городам и критической инфраструктуре. Основным средством перехвата остаются американские ЗРК Patriot, но запас ракет к ним ограничен. В 2026 году союзники передали Украине лишь треть от количества зенитных ракет, поставленного годом ранее, а глобальный дефицит PAC-3 усугубился из-за войны на Ближнем Востоке. В результате украинскому командованию приходится выбирать, какие города и объекты прикрывать в первую очередь. Более того, во время некоторых атак сбивать баллистические ракеты не удается вовсе (1, 2).Резко нарастить поставки средств ПВО союзники вряд ли смогли бы даже при всем желании. Стоимость одного современного перехватчика PAC-3 оценивается в $4–5 млн, производственные возможности ограничены, как и их запасы на складах стран Европы и США (по оценке CSIS, на конец июля 2026 года в американских запасах было лишь около 800 ракет PAC-3, ежегодно выпускается около 650 таких ракет). Для надежного поражения одной цели может потребоваться несколько ракет. Поэтому собственную баллистику в Украине рассматривают не только как ударное оружие, но и как средство борьбы с ракетной угрозой на земле: для уничтожения пусковых установок, складов и обслуживающих их подразделений. Бывший министр обороны Украины Михаил Федоров сформулировал эту идею предельно прямо: после запуска «Искандера» ответная ракета должна в течение нескольких минут поразить позицию, с которой велся огонь. Для этого, впрочем, необходим разведывательно-ударный контур, способный обнаружить место пуска, определить координаты мобильной установки и передать их ракетному подразделению до того, как расчет успеет покинуть позицию.При нанесении ударов по глубокому тылу СОУ до сих пор во многом зависели от западных ракет. Квазибаллистические ракеты ATACMS позволили поражать аэродромы, склады, штабы и системы ПВО на расстоянии до 300 км, однако передаваемые партии были невелики, а применение этих ракет по территории России зависело от Вашингтона. Даже передача американского оружия из арсенала третьей страны требует согласования с правительством США. Например, приобретение 70 единиц устаревшей модификации ATACMS в Турции в 2026 году нуждалось в одобрении Госдепартамента и уведомлении Конгресса. Собственные ракеты снимают подобные ограничения: цели и интенсивность ударов военное руководство сможет определять самостоятельно, не дожидаясь разрешения партнеров.Собственные баллистические ракеты снимают ограничения со стороны союзников УкраиныДальнобойные беспилотники и крылатые ракеты уже успешно поражают цели в глубине российской территории, однако баллистика занимает другую нишу. Такая ракета развивает скорость в несколько раз выше скорости звука и достигает цели за считанные минуты, резко сокращая время реакции расчетов ПВО. Более тяжелая боевая часть позволяет использовать ее против защищенных или особенно важных объектов, для поражения которых заряда беспилотника недостаточно. Исполнительный директор Fire Point Ирина Терех отмечала, что баллистическая ракета долетает до украинской столицы примерно за две–пять минут. Именно короткий промежуток между обнаружением запуска и попаданием делает такое оружие особенно опасным.Разрабатываемая в Украине линейка должна закрыть сразу несколько диапазонов дальности. Тактическая баллистическая ракета FP-7 рассчитана на поражение целей на расстоянии до 200 км, «Сапсан» — предположительно, до 500 км, а тяжелая FP-9 — до 855 км. В случае успешной реализации этих программ СОУ смогут наносить быстрые удары как по оперативному тылу ВС РФ (командным пунктам, аэродромам, складам, логистическим узлам и позициям ПВО), так и по предприятиям военно-промышленного комплекса значительно дальше от линии фронта. В отличие от крылатой ракеты FP-5 «Фламінго» производства Fire Point, которой для преодоления нескольких сотен километров требуются десятки минут, баллистические ракеты должны достигать целей за несколько минут, оставляя ПВО значительно меньше времени на обнаружение и перехват. Одновременно платформа FP-7 развивается и в противоположном направлении: ее модификация FP-7.x должна стать перехватчиком в рамках совместной европейской системы ПРО Freyja.Украинские баллистические ракеты должны достигать целей в несколько раз быстрее крылатых ракет «Фламінго»Само появление опытной ракеты еще не дает стратегического преимущества. Для заметного влияния на ход войны необходимы серийное производство, устойчивые поставки комплектующих, выпуск твердого ракетного топлива, защищенные предприятия, мобильные пусковые установки и стабильное финансирование. Именно масштабы производства, а не заявленные характеристики отдельных образцов определят, удастся ли сократить зависимость Украины от ATACMS и превратить собственную баллистику в регулярно применяемое оружие. Президент Владимир Зеленский в августе 2026 года оценивал результаты испытаний украинских баллистических ракет как перспективные, но признавал, что разработанные системы еще предстоит превратить в полноценный боевой инструмент.FP-7: одна ракета для удара и перехватаИз трех заявленных баллистических программ украинской частной компании Fire Point ближе всего к практическому применению находится FP-7 — компактная твердотопливная ракета наземного базирования. Изначально ее разрабатывали для поражения наземных целей, но заложенная в проект модульность позволила использовать ту же платформу для создания перехватчика FP-7.x. В результате параллельно развиваются два разных изделия: тактическая ракета и элемент будущей европейской системы противоракетной обороны Freyja, первые полноценные испытания которой намечены на 2027 год.В основу FP-7 легли конструктивные решения советской зенитной ракеты 48Н6, различные модификации которой применяются в ЗРК С-300П (несколько модификаций) и С-400. По словам Ирины Терех, сходство FP-7 с исходной конструкцией составляет около 20%. Как сообщает Defense Express, разработчики сохранили общую компоновку и аэродинамическую схему 48Н6, но заменили электронику, топливо и систему запуска, а корпус изготовили из композитных материалов. Впрочем, оценить степень заимствования невозможно: устройство ракеты и состав ее компонентов компания не раскрывает.Ракета FP-7 должна доставлять боевую часть массой до 150 кг на расстояние до 200 км. Заявленная максимальная скорость составляет 1500 м/с, или около 4,4 Маха, высота траектории — до 65 км, продолжительность полета — не более 250 секунд. Производитель заявляет КВО до 14 м, такие характеристики позволяют использовать ракету против целей в оперативном тылу. По дальности она уступает ATACMS поздних модификаций, но должна выполнять схожие задачи и имеет важное преимущество: для ее применения не требуется разрешение Вашингтона.К началу августа 2026 года ударная версия прошла около 15 испытательных пусков и находилась на финальной стадии сертификации Минобороны. В Fire Point ожидали, что процедура займет еще от двух до четырех недель, после чего ракету можно будет впервые применить против реальной цели. Предварительным сроком называлось начало осени. FP-7 во время испытаний запускали с наклонной рельсовой направляющей, установленной на обычном автомобильном прицепе. Это «горячий» старт: двигатель включается непосредственно на пусковой установке. Такая схема отличается от вертикального контейнерного запуска зенитных ракет С-300 и, вероятно, представляет собой пока упрощенную испытательную установку. Окончательная конфигурация боевой машины не раскрыта.Между тем полигонные испытания и сертификация сами по себе не означают готовности к массовому использованию: первые удары должны показать, насколько надежно работают навигация, двигатель и система управления вне контролируемых условий, а также насколько фактическая точность соответствует заявленной.На основе FP-7 компания создает более скоростную ракету FP-7.x, предназначенную уже не для ударов по земле, а для перехвата баллистических целей, концептуально близкую к ЗУР PAC-2 GEM-T для ЗРК Patriot — тяжелой зенитной ракете, способной поражать баллистические цели, но не обладающей технологией кинетического перехвата, которой располагает более продвинутая PAC-3 MSE. В июне 2026 года Fire Point сообщила об испытании, во время которого ракета совершила полностью управляемый маневренный полет. Опубликованное видео подтверждало запуск и маневрирование, но не перехват реальной цели: эта задача будет реализована после объединения различных систем, разрабатываемых европейскими партнерами. Сам по себе успешный полет перехватчика — лишь один из начальных этапов создания системы ПРО. Для полноценной работы ракета должна получать данные от внешних радиолокационных станций, обнаруживать приближающуюся цель, сближаться с ней на высокой скорости и подрывать боевую часть в рассчитанной точке.Именно FP-7.x должна стать основой системы Freyja, которую в июле 2026 года официально запустила коалиция из 10 европейских государств и 12 оборонных компаний, включая Kongsberg, Eurosam, Leonardo, Thales и SAAB (число компаний-партнеров впоследствии может вырасти до 20, говорит Терех). Fire Point отвечает за ракету и пусковую установку, тогда как партнеры должны предоставить наиболее сложные компоненты комплекса. Норвежская Kongsberg работает над созданием командного центра, интегрирующего различные системы, а немецкая Diehl Defense — системы наведения. Freyja строится по принципу «открытой архитектуры»: отдельные компоненты можно будет получать от разных производителей и заменять без полной переработки комплекса. Например, радар производства датской компании Weibel можно заменить на радар шведской SAAB. Такой подход должен снизить зависимость от одной компании и облегчить масштабирование производства. Одновременно он усложняет разработку: радары, командный пункт, пусковая установка и ракета создаются разными предприятиями, но должны работать как единое целое. В начале августа Терех называла интеграцию обзорных радаров и радаров наведения с головками самонаведения самым сложным этапом проекта. Сами головки производятся европейскими компаниями, однако их еще предстоит адаптировать для FP-7.x и связать с остальными компонентами Freyja. Всего же компания, по словам Терех, готова производить как минимум 2 000 противоракет в год.FP-9: баллистическая ракета для глубокого тылаFP-9 — тяжелая баллистическая ракета наземного базирования, разрабатываемая Fire Point. Если FP-7 относится к тактическому классу и предназначена для поражения целей в оперативном тылу, то FP-9 должна наносить удары на оперативно-стратегическую глубину. Производитель заявляет дальность до 855 км и боевую часть массой до 800 кг. Максимальная скорость должна составлять 2200 м/с, или около 6,5 Маха, высота траектории — до 70 км, а продолжительность полета — не более 520 секунд. Заявленное КВО составляет 20 м.Дальность в 855 км позволит поражать военные объекты почти на всей европейской части России, в том числе аэродромы, командные пункты, склады, предприятия ВПК и элементы энергетической инфраструктуры. По скорости FP-9 должна быть сопоставима с российской баллистической ракетой «Искандер-М», а ее 800-килограммовая боевая часть намного больше, чем у ATACMS. В отличие от беспилотников и большинства крылатых ракет баллистическая FP-9 будет преодолевать значительную часть маршрута за несколько минут, оставляя расчетам ПВО существенно меньше времени на обнаружение и перехват. Между тем опубликованные характеристики пока остаются данными самого разработчика: ни одного летного испытания FP-9 к началу августа 2026 года, насколько известно, не проводилось.По словам Ирины Терех, навигационная система и остальные основные элементы FP-9 уже готовы, а работы сосредоточены на двигателе, который оказался главной технической сложностью. Он вмещает 4,6 т твердого ракетного топлива — более чем в четыре раза больше, чем двигатель FP-7. Такой заряд нельзя получить простым увеличением уже освоенной конструкции: для него потребовались новые смесители, оборудование для заливки топлива и отдельная система выдержки двигателя после формования.Исторически производство крупногабаритных твердотопливных двигателей было сосредоточено в Павлограде, который сейчас регулярно подвергается ракетным ударам (1, 2, 3). Кроме того, по словам Терех, местные предприятия используют несколько иную технологию, чем требуется Fire Point. Поэтому компания решила создать альтернативную производственную базу и построила несколько площадок внутри страны, а также приступила к строительству завода в Дании. Fire Point утверждает, что уже получила необходимые разрешения для его работы. Первоначально компания собиралась приспособить купленное здание, но оно не удовлетворило требованиям безопасности при работе с твердым ракетным топливом. В результате Fire Point придется возводить новый объект, а его ввод в эксплуатацию отложен до конца 2027 года. Стоимость проекта при этом выросла с €50 млн до более чем €150 млн. Фактически разработчикам пришлось почти заново осваивать технологию приготовления топливной смеси, заливки и последующего отверждения зарядов. Это не только сложный, но и опасный процесс: на одном объекте одновременно находятся большие объемы топлива и взрывчатых веществ, поэтому его уничтожение способно остановить всю ракетную программу.Производство Fire Point изначально устроено как распределенная сеть. Терех говорит примерно о 90 «заводах», подразумевая под этим не отдельные крупные предприятия, а экосистему из цехов, складов и логистических узлов. Площадки рассредоточены и замаскированы, а выпуск критически важных компонентов дублируется на нескольких площадках. Такая схема повышает устойчивость к ударам, но требует дополнительных инвестиций и сложной логистики: отдельные части ракеты приходится перемещать между множеством скрытых объектов, а затем собирать в одном месте.Ракетное производство Fire Point устроено как распределенная сетьВ Fire Point рассчитывают провести первый испытательный пуск FP-9 осенью 2026 года, а позднее перейти к испытаниям в боевых условиях. В интервью Reuters Терех называла возможным первое применение в конце осени, а в разговоре с The War Zone отказалась указывать точную дату, объяснив, что в процессе испытаний «многое может пойти не так». Хотя FP-9 заявлена как ракета наземного запуска, ее пусковую установку производитель пока не показывал. Не известны ни тип шасси, ни способ размещения ракеты, ни количество изделий на одной машине. Из-за большой массы ракеты ей потребуется более тяжелая мобильная установка — вероятно, на грузовом шасси или полуприцепе.Даже успешный запуск станет только началом процесса испытаний: разработчикам предстоит подтвердить расчетную дальность, точность, надежность двигателя и способность ракеты преодолевать противодействие ПВО. Поэтому FP-9 пока остается не готовым оружием, а наиболее амбициозным проектом Fire Point, сроки реализации которого будут зависеть прежде всего от результатов первых полетов.ОТРК «Сапсан»: от затянувшейся разработки к боевому применениюВ отличие от изделий Fire Point, «Сапсан» — государственная разработка с почти двадцатилетней историей. Работы над оперативно-тактическим комплексом начались в 2006 году, но из-за недостаточного финансирования неоднократно приостанавливались. После начала полномасштабной войны проект «Сапсан» возобновили уже как одну из приоритетных программ: в августе 2022 года Минобороны заключило с разработчиком комплекса — КБ «Південне» — первый государственный контракт на его закупку под индексом 1КР1, а к производственной кооперации привлекли «Південмаш».ОТРК 1КР1 «Сапсан» представляет собой мобильный ракетный комплекс наземного базирования с одноступенчатой твердотопливной баллистической ракетой длиной 7 м. Версия для собственных вооруженных сил проектировалась с дальностью до 500 км, экспортная модификация «Грім-2» — до 280 км. Масса ракеты оценивается примерно в 3,5 т, боевой части — в 500 кг. Комплекс предназначен для поражения командных пунктов, аэродромов, складов, узлов связи и других важных объектов в оперативном и оперативно-стратегическом тылу противника. Между тем перечисленные характеристики основаны преимущественно на проектной документации и заявлениях причастных к программе лиц: официально параметры принятой на вооружение ракеты не раскрывались.По словам бывшего сотрудника Минобороны Украины Александра Лиева, первые испытания ОТРК 1КР1 «Сапсан» прошли в 2023 году, в 2024-м состоялись первые тестовые применения по объектам на территории России, а в 2025 году «комплекс вышел на систематическое применение» и его производство стало серийным. Между тем в Минобороны РФ еще в марте 2023 года заявляли о перехвате «одной оперативно-тактической ракеты “Гром-2”». С тех пор ведомство периодически сбивало эти ракеты в своих отчетах. Всего начиная с 2023 года Минобороны отчиталось (1, 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8) о перехвате 10 ракет. Также ведомство заявляло (1, 2, 3, 4, 5, 6) о поражении «мест производства боеприпасов» для «оперативно-тактических ракет “Гром”» и пусковых установок.Публичные заявления украинских властей были осторожнее. В августе 2024 года Владимир Зеленский говорил (1, 2) лишь об успешном «испытании первой баллистической украинской ракеты». В мае 2025 года о ее первом применении заявил тогдашний глава офиса президента Андрей Ермак в интервью британской газете The Times — ракета якобы поразила российский командный пункт на расстоянии почти 300 км. В июне 2025 года Зеленский сообщил о подготовке к массовому выпуску «Сапсана», не называя ни сроков, ни предполагаемого количества ракет.В июле 2026 года программа, вероятно, прошла еще один этап испытаний. Михаил Федоров рассказал в начале августа, что в последний день его работы на посту министра обороны — 14 июля 2026 года — была протестирована баллистическая ракета, которая попала «точно в цель, без отклонений». Ранее он сообщал, что военные изменили техническое задание, добились максимальной точности и снизили стоимость изделия на 30%. Федоров также подчеркнул, что испытательная программа еще не завершена и лишь после ее окончания предстоит развернуть производство. На прямой вопрос, шла ли речь о «Сапсане», он отвечать отказался, сославшись на государственную тайну. Между тем Федоров действительно, скорее всего, имел в виду «Сапсан» — другие известные проекты подходят под описание хуже: FP-9 только готовится к первому полету, а FP-7 находится на финальной стадии сертификации и проходила отдельную программу испытаний.Если июльское испытание действительно относилось к «Сапсану», оно показывает, что программа продолжает развиваться параллельно с частными проектами Fire Point. Однако отсутствие данных о производстве и результатах боевого применения комплекса пока не позволяет делать выводы о его эффективности.Nightfall: британская баллистика для СОУНаряду с собственными разработками СОУ могут получить баллистическую ракету, создаваемую специально для них в Великобритании. В январе 2026 года британское Минобороны объявило конкурс по проекту Nightfall — мобильному ракетному комплексу наземного базирования. Речь пока идет не о готовом изделии, а об ускоренной программе разработки, результаты которой Великобритания рассчитывает использовать и в будущих дальнобойных системах собственных вооруженных сил.Согласно условиям конкурса, ракета должна доставлять обычную фугасную боевую часть массой около 200 кг на расстояние свыше 500 км и достигать цели менее чем за 600 секунд. Круговое вероятное отклонение не должно превышать 10 м, а навигация должна работать при интенсивном подавлении средствами РЭБ или отсутствии спутникового сигнала. На одной мобильной установке планируется разместить несколько ракет, которые можно будет запустить с небольшими интервалами, после чего расчет должен в пределах 15 минут покинуть позицию.Первоначальные требования, опубликованные летом 2025 года, были амбициознее: дальность оценивалась примерно в 600 км, масса боевой части — в 300 кг, а предельная стоимость одной ракеты — в £500 тысяч без учета боевой части, пусковой установки и разработки. К началу официального конкурса дальность и массу БЧ снизили, а максимальную цену увеличили до £800 тысяч. По мощности ракета Nightfall будет заметно уступать «Сапсану» и FP-9, но должна превзойти FP-7 по дальности и занять промежуточную нишу между тактическими и более тяжелыми оперативно-тактическими ракетами. Важным преимуществом станет минимальная зависимость от экспортных разрешений третьих стран: при использовании преимущественно британских компонентов власти Великобритании смогут самостоятельно принимать решения о передаче ракет.До трех проектных команд должны получить по £9 млн и в течение 12 месяцев предоставить по три ракеты для испытательных пусков. Британское Минобороны рассчитывает впоследствии выпускать не менее десяти изделий в месяц с возможностью наращивания производства. Контракты на разработку были подписаны в мае 2026 года, но последующая отставка Кира Стармера создала дополнительную неопределенность вокруг сроков проекта. Хотя новое правительство не заявляло о пересмотре программы, сроки реализации могут увеличиться из-за возможного сокращения или перераспределения военных расходов. Даже при соблюдении первоначального графика прототипы могут появиться не раньше весны 2027 года, после чего потребуются испытания и подготовка серии. Таким образом, значение Nightfall будет зависеть не столько от заявленных характеристик, сколько от того, удастся ли в сжатые сроки превратить конкурсный проект в серийное оружие.Перспективы украинской баллистикиРеальный масштаб возможностей Fire Point лучше всего показывает опыт производства крылатой ракеты FP-5 «Фламінго». Компания заявляла о намерении выпускать до семи изделий в сутки, но достичь этого показателя не смогла. Позднее Ирина Терех пояснила, что семь ракет — не фактический темп, а максимальная мощность построенных линий. Для их полной загрузки не хватило заказов: финансирование, которое предполагалось получить за счет европейского кредита, задержалось, и нарастить производство не удалось. Таким образом, даже уже созданные мощности не гарантируют массового выпуска без долгосрочных контрактов и своевременной оплаты.Еще более амбициозно выглядит план ежегодно выпускать не менее 2 000 противоракет FP-7.x. В CIT считают его малореалистичным и сравнивают с программой расширения производства PAC-3. Lockheed Martin изготовила в 2025 году около 620 таких перехватчиков и рассчитывает довести годовую мощность до 2000 единиц лишь к концу 2030 года. Для этого Пентагон заключает многомиллиардные соглашения с несколькими поставщиками двигателей, головок самонаведения и других компонентов. У Fire Point нет сопоставимых финансовых и промышленных ресурсов, а ключевой компонент FP-7.x — головка самонаведения — пока только дорабатывается европейскими партнерами. «Если компании удастся достичь заявленного, то это будет огромный успех», — пишут аналитики.Производственные планы Fire Point выглядят чрезмерно амбициознымиИными словами, от работоспособного прототипа до устойчивого серийного выпуска — большой путь. Темпы производства FP-7, FP-7.x и FP-9 будут зависеть от государственных заказов, партнерского финансирования и регулярных поставок компонентов. Поэтому оценивать конкретную программу следует не по заявленным разработчиком показателям, а по количеству изделий, которое предприятие может стабильно передавать в войска каждый месяц.Секретность ракетных программ осложняет прогнозирование. Ситуация вокруг ОТРК «Сапсан» и баллистических ракет к нему остается максимально неопределенной — большинство сведений о программе основано на заявлениях чиновников. Пусковую установку и макеты комплекса показывали публично еще до полномасштабной войны, но сами ракеты никто не видел. Британская Nightfall пока существует на уровне технического задания и контрактов на разработку, FP-9 еще готовится к первому запуску, а FP-7.x совершила управляемый полет, но не перехватывала баллистическую цель. Ближе остальных проектов Fire Point к практическому применению подошла FP-7: компания показала ее запуск и сообщила примерно о 15 испытаниях, однако не раскрыла их результаты и пока не подтвердила начало серийных поставок. В настоящий момент ракета передана на сертификацию Минобороны.Эксперт CIT, попросивший об анонимности, считает, что опубликованных сведений недостаточно, чтобы судить, состоится ли обещанное боевое применение FP-7 уже осенью. «Тут надо иметь хоть какую-то информацию о ходе проекта, а то, что озвучивалось в СМИ, никак не позволяет это понять», — пояснил он The Insider, добавив, что у Fire Point «не самая надежная» репутация в том, что касается выполнения публичных обещаний. Впрочем, это не означает, что названные сроки обязательно будут сорваны. Не меньше вопросов вызывает «Сапсан». Еще в 2025 году чиновники заявляли о его серийном производстве и систематическом применении, тогда как Михаил Федоров летом 2026-го говорил о новых испытаниях и необходимости завершить программу. «Может, через год снова будут испытания», — отмечает эксперт CIT.Военный эксперт Кирилл Михайлов оценивает темпы разработки заметно оптимистичнее. Он обращает внимание, что создание ATACMS заняло у США около девяти лет, несмотря на возможности американского ВПК времен холодной войны. На этом фоне скорость, с которой удалось довести собственную баллистику до испытаний, он считает исключительной. Скептически относиться к словам Федорова об успешном испытании «Сапсана» Михайлов также не склонен: по его мнению, бывший министр не стал бы делать заявления без достаточных оснований.Хотя выпуск заявленных сотен FP-7 в месяц сам по себе не обеспечит стратегического перелома в войне, регулярное применение баллистических ракет способно изменить обстановку в оперативном тылу российских войск. При подтвержденной точности и устойчивом целеуказании собственная баллистика позволит перейти от редких запусков дефицитных ATACMS к регулярным ударам по штабам, аэродромам, складам и системам ПВО на глубине до 200 км. Российскому военному руководству придется рассредоточивать силы, усиливать прикрытие объектов и отводить инфраструктуру дальше от фронта. Успех украинской баллистической программы определят не скорость разработки и характеристики ракет, а их серийный выпуск и результаты боевого применения. Перспективы же Freyja будут зависеть еще и от результатов интеграции головок самонаведения, радаров обнаружения и сопровождения, каналов передачи данных и командного пункта.