«Мегаполис Онлайн»Российская национальная перестраховочная компания (РНПК), на 100% принадлежащая Банку России, с 1 августа ввела новую схему перестрахования ущерба от терактов, диверсий и атак беспилотников. Для большинства отраслей базовый лимит по одному объекту составит 10 млрд рублей, а тариф — 1% от страховой суммы, пишет газета «Коммерсантъ», которая ознакомилась с презентацией компании. При этом новая схема не покрывает убытки от остановки производства, а часть ущерба бизнес и страховщики должны будут оплачивать самостоятельно.Для юридических лиц перестраховать один объект можно будет максимум на шесть месяцев, после чего договор автоматически продлят, если РНПК не потребует изменить условия или прекратить его действие. Для физических лиц максимальный срок составит 12 месяцев. Если требуемое покрытие превышает стандартный лимит, его придется отдельно согласовывать с РНПК.Для предприятий ТЭК, электроэнергетики, нефтехимии и судостроения лимит составит 10 млрд рублей, а франшиза, то есть не покрываемая страховкой часть ущерба, достигнет 250 млн рублей. Такой же объем риска должен будет оставить на себе страховщик. Для металлургических, химических и оборонных предприятий франшиза и собственное удержание страховщика составят по 100 млн рублей, а для крупных логистических центров, предприятий микроэлектроники и дата-центров — по 50 млн рублей.При страховой сумме в 10 млрд рублей базовый тариф в 1% соответствует премии в 100 млн рублей. Для нефтеперерабатывающего или энергетического предприятия к этой сумме добавляется франшиза до 250 млн рублей, весь ущерб от простоя и потери сверх установленного лимита.РНПК не продает полисы предприятиям напрямую, а принимает на себя часть обязательств обычных страховых компаний. Однако ее условия фактически определяют доступность подобной защиты на всем рынке. По данным ЦБ, в первом квартале 2026 года на РНПК приходилось более 68% взносов, принятых российскими компаниями в перестрахование без учета ОСАГО, а свою долю в сегменте терроризма и диверсий сама компания оценивала в 50–85%.The Insider обнаружил, что новая схема появилась после публичного конфликта РНПК с другими участниками рынка. 1 июля Российский антитеррористический страховой пул, объединяющий 18 страховщиков, отклонил большинство предложенных РНПК изменений и предложил создать рабочую группу для их обсуждения. Уже в конце июля «Коммерсантъ» сообщил, что госкомпания уведомила пул о намерении выйти из него.Некоторые первоначальные требования РНПК в итоговом варианте смягчили. Ранее обсуждались трехмесячные договоры без возможности продления после страхового случая, но окончательный срок увеличили до шести месяцев и предусмотрели автоматическое продление. При этом отказ от покрытия простоя бизнеса, крупные франшизы и ограничения ответственности сохранились.Ужесточение условий связано с резким ростом ущерба от атак беспилотников. Ответственность РНПК по рискам терроризма, диверсий и атак дронов превышает 8 трлн рублей, а созданные с начала 2026 года резервы под будущие выплаты превысили 100 млрд рублей. В первом полугодии этот сегмент принес компании отрицательный финансовый результат, а ранее The Insider писал, что за первые четыре месяца года его убыточность достигла 2800%.The Insider сопоставил эти показатели с результатами компании за прошлый год. Все выплаты РНПК в 2025 году составляли около 71 млрд рублей и уже тогда стали рекордными для российского рынка перестрахования. Таким образом, созданные только за семь месяцев 2026 года резервы по атакам дронов, терактам и диверсиям оказались примерно на 41% больше всех выплат компании за весь предыдущий год, хотя резервы еще не означают, что все эти деньги действительно будут выплачены.Масштаб ограничений новой схемы виден на примере уничтоженных в июле складов Wildberries в Электростали и Котовске. Их восстановление оценивали в 21,5-35,8 млрд рублей, а общий ущерб с учетом находившихся внутри товаров — не менее чем в 100 млрд рублей. Даже если бы каждый из двух складов получил максимальный стандартный лимит в 10 млрд рублей, совокупное покрытие оказалось бы меньше минимальной оценки стоимости восстановления и не превысило бы пятой части общего ущерба.Это сравнение является условным, поскольку новая схема начала действовать уже после атак, а источник «Коммерсанта» утверждал, что RWB обычно не страховала свои логистические объекты. Полисы имели только 5–7% продавцов Wildberries, причем риск диверсии был включен лишь в 10–20% таких договоров. После уничтожения складов сами продавцы рассказывали, что потеряли товары на миллионы рублей и не знали, получат ли компенсацию от маркетплейса.В презентации РНПК признается, что новые тарифы лишь незначительно сократят убытки компании и не соответствуют реальному уровню ожидаемых потерь. Фактически новая модель не компенсирует бизнесу весь ущерб от атак, а распределяет его между владельцем объекта, страховщиком и РНПК.